politshturm (politshturm) wrote,
politshturm
politshturm

Атака на Советскую власть: Ярославский мятеж



Одним из наиболее ярких событий Гражданской войны в России является ярославский мятеж 1918 г., подготовленный членами «Союза защиты Родины и свободы» под руководством Б. Савинкова.

Для справки: «Союз защиты Родины и Свободы», военная контрреволюционная организация, возникшая в марте 1918 в Москве. Возглавлялась Б. В. Савинковым, начальником штаба был полковник А. П. Перхуров. Союз ставил целью свержение Советской власти и установление военной диктатуры. Союз (около 5 тыс. чел.) имел отделения в Казани, Ярославле, Муроме и др. городах; пользовался финансовой поддержкой правительственных кругов стран Антанты (главным образом Франции).

«Союз» имел тесную связь с чехословацким корпусом, а так же - финансовую поддержку из Чехословакии, Англии и Франции. Более того, под покровительством генерала Алексеева, Северной добровольческой армией была оказана прямая поддержка оружием, снаряжением и другими элементами снабжения. У белобандитов в своем распоряжении имелись револьверы, винтовки (у некоторых даже по две) динамит и взрывчатка, много боеприпасов и оружия было сохранено и переправлено после юнкерского восстания в Москве, а так же после восстания в городе Муроме. В своем приказе, полковник Перхуров давал ясные указание - всех тех, кто оказывает любое содействие Советской власти, а так же сопротивляется, считать враждебными элементами и карать беспощадно.

1)Подготовка.

Говоря о подготовке к мятежу, хочется обратить внимание на еще один момент. Это финансирование.

Вот что говорил сам Б.Савинков, руководитель «Союза защиты Родины и Свободы» и непосредственный организатор мятежа:

«Французы знали подробно о всех ресурсах, которыми мы располагали. Переговоры с французами вел Деренталь. Я лично раза два, а может быть, и четыре, видел Гренара и Лаверна, военного французского представителя. Деньги французы давали мне в мое распоряжение. Вообще денежные средства были сравнительно незначительны и составлялись из поступлений из трех источников. Были пожертвования, но сравнительно незначительные. Я получил также 200.000 р. керенских через некоего чеха Клецандо. Наконец, французы дали около 2 у, млн. керенских рублей. Получка денег от французов производилась таким образом: французский чиновник обыкновенно приносил деньги туда, куда я указывал, и вручал лично мне. Сначала от французов были мелкие поступления: по 40-100 тысяч и т.д. Когда же речь зашла о восстании, то на это дело они сразу дали большую сумму,-если не ошибаюсь, 2 миллиона.» (Дело Бориса Савинкова. Из судебного разбирательства 24 августа 1924 года, Утреннее заседание)

Рассказал Савинков и про сущность «помощи» Франции:

«-…Официальные соображения их были, конечно, весьма благородны. А то, что скрывалось под этим, следующее: как минимум нефть – чрезвычайно желательная вещь; а как максимум – ну, что же, русские подерутся между собою, тем лучше – чем меньше русских останется, тем слабее будет Россия. Пускай красные дерутся с белыми возможно дольше – страна будет возможно больше ослаблена и обойтись без нас не будет в силах, тогда мы придем и распорядимся».

В дальнейшем, после подавления мятежа, во время допросов, сотрудниками ВЧК были получены показания о получении денег за участие в нем :

«Я, нижеподписавшийся, прапорщик Никитин Виктор Васильевич, участвовал в отряде поручика Соколова рядовым бойцом, между мельницей Вахромеева и Американским мостом, получил авансом 100 рублей…. (из протокола допроса В.В. Никитина. Красная книга ВЧК)

«Числа 3-4 июля в Калуге на улице я встретил Ивана Плотицкого, который предложил мне поехать в Ярославль, говоря, что на днях там должно быть восстание. Я согласился и получил от него же 750 рублей….» (из протокола допроса В.Д. Морозова. Красная книга ВЧК)

Ряд сохранившихся документов свидетельствует о том, что за некоторое время до начала июльских событий в городе уже были заметны признаки готовящегося восстания. В частности, отмечается появление значительного числа приезжих офицеров в дни перед началом мятежа. Так, продовольственный комиссар Ярославля А. Охапкин отмечал:

«О подготовке к мятежу белых было известно недели за две или за три, т. е. стало очень заметным прибытие большого количества офицерства из разных городов, и в одно время один из военных... сообщил... что что-то в Ярославле творится неладное, т. е. концентрируются какие-то неизвестные военные люди...» [ФГА ЯО - ЦДНИ. Ф. 394. Оп. 1. Д. 64. , с. 165].
Член Ревтрибунала К. Терентьев также свидетельствует: «По-моему, слухов было вполне достаточно, и всем нам приходилось слышать в очередях, что скоро коммунистам попадет, но почему-то не предпринимались меры...» [ФГА ЯО - ЦДНИ. Ф. 394. Оп. 1. Д. 64. , с. 44-46].

2) Начало мятежа.

События в Ярославле развернулись 6 июля, (1918г.) около двух часов утра. Совершенно неожиданно для большевиков, в городе начали появляться небольшие группы подозрительных лиц. Одна из таких групп обезоружила милицию, другие же приступали к захвату важнейших учреждений: банка, почты и телеграфа, советских учреждений.

Вскоре началась перестрелка. Все инструкторы, бывшие офицеры, перешли на сторону белой гвардии, передав ей пулеметы и броневой автомобиль. Центром заговора было окружное артиллерийское управление, которое было объявлено сборным пунктом мобилизуемых офицеров. Вскоре у мятежников оказался еще один броневой автомобиль, таким образом, обладание двумя броневыми машинами и послужило причиной столь быстрого захвата города.

Взяв под контроль большую часть города, восставшие расположили свой штаб на Богоявленской площади в городской чертёжной у бывшего Спасо-Преображенского монастыря.

В городе начался белый террор: арестовано было свыше 200 коммунистов и работников советских учреждений, многие из них (в том числе председатель губисполкома С. М. Нахимсон, председатель революционного трибунала Зелинченко и др.) были зверски убиты, остальные помещены на "баржу смерти", поставленную посреди Волги (из 200 человек в живых осталось 109).

Мятежники стремились привлечь в свои ряды добровольцев. Многие рядовые участники восстания, арестованные после подавления мятежа, указывали на то, что их заставляли примкнуть к антисоветскому выступлению, угрожая насилием. Так, отец одного из участников восстания свидетельствует: «явились вооруженные белогвардейцы. задержали сына... и вместе с другими препроводили в штаб... затем куда-то направили, но он возвратился домой, потом вновь был задержан и. назначен на почту. Уйти он не мог, так как его повторно дважды задерживали, арестовывали и грозили расстрелять» [ГАЯО. Ф. Р. 601. Оп. 2. Д. 14. , с. 1, 2].

В другом деле: «По показанию Г. Ф. Балашова, он 9-го июля остановлен белыми в Тверицах, отведен в штаб, вооружен и послан на ст. Филино в качестве бойца. ... Он был взят белогвардейцами, а не сам явился к ним.» [Государственный архив Ярославской области (ГАЯО). Ф. 102. Оп. 2. Д. 13, с. 15].

Первоначальный успех мятежа не удалось развить, поскольку Перхуров прибег к оборонительной тактике, ожидая помощь оружием и людьми из Рыбинска, где должны были быть захвачены орудия, пулемёты и боеприпасы. Под властью белогвардейцев были только центральные районы и заволжская часть города — Тверицы. Фабричные слободы за рекой Которослью, в которых находился 1-й Советский полк, объявивший в начале восстания о своем нейтралитете, так и остались вне их контроля. А этот полк, дождавшись подхода красных, открыто встал на сторону большевиков. Расчёт белогвардейцев на то, что сам факт восстания поднимет Ярославскую и соседние губернии, оказался несостоятельным.

3) Подавление

«В Ярославле убиты восставшими белогвардейцами Доброхотов… Закгейм… Нахимсон… Убиты самые стойкие, испытанные борцы пролетарской армии… Товарищи ярославцы! мы ждем от вас ответа: сколько сотен гадов и паразитов истребили вы за эти три драгоценные жизни наших друзей? Поп, офицер, банкир, фабрикант, монах, купеческий сынок — все равно. Ни ряса, ни мундир, ни диплом не могут им быть защитой. Никакой пощады белогвардейцам!» - газета "Правда", 14 июля 1918

В подавлении мятежа вместе с советскими войсками принимал участие интернациональный отряд и левоэсеровская дружина.

Начался артиллерийский обстрел важнейших пунктов, таких как: монастыря, в котором были вооружены все монахи, Демидовского лицея, где расположился белогвардейский штаб, городского театра и других мест. Вследствие обстрела был вызван сильный пожар.

Стоит упомянуть и о том факте, что во время боя в городе был совершен крестный ход с молебствием о даровании победы белой гвардии. Это говорит о том, что духовенство было на стороне мятежников и всячески поддерживало их, в том числе и массовые пытки и расстрелы, применяемые белобандитами к жителям города. В этом и крылась настоящая лицемерная сущность духовенства.

С прибытием из Москвы бронепоезда обстрел усилился. Большая часть города оказалась охвачена огнем, советские войска местами начали продвигаться вперед. Уже к 14 июля окраины города были выжжены почти полностью. Советских частей, в это время было не совсем достаточно для того, чтобы вести активную борьбу с мятежниками. Отряды краасных были слабо вооружены и малочисленны, более того не было сформировано единого центра управления, который мог бы руководить всем объёмом операции, по всей ширине фронта.

Положение же противника к этому времени сложилось более благоприятно. Во главе контрреволюционных отрядов находились опытные военные руководители, которые действовали по плану и указаниям белогвардейского штаба. Кроме того, положение противника усиливалось еще тем, что ему удалось захватить арсенал, в котором среди прочего снаряжения имелось большое количество пулеметов. Этим объясняется то, что действия советских частей вначале не могли быть успешны.

Для подавления мятежа, чрезвычайным штабом были подготовлены меры. Были совершены два полета над городом, сброшены 12 пудов динамитных бомб, сильный удар был нанесен штабу противника (около бывшего губернаторского дома). Летчиками было насчитано большое количество пулеметов и их гнезд, из которых производились обстрелы по городу. Ввиду активного сопротивления противника, решено было усилить бомбардировку, одновременно по Волге были расставлены вооруженные сторожевые пароходы, имевшие связь с небольшими пехотными отрядами. В результате этих решительных мер, кольцом наших войск был сомкнут Ярославль.

К 20-м числам июля мятежникам стало ясно — далее сопротивляться нечем. Боеприпасы, равно как и силы восставших, были на исходе. Руководство повстанцев приняло решение о прекращении сопротивления. Но сдаться решили не красным войскам, а «Германской комиссии военнопленных № 4» во главе с лейтенантом К. Балком, интернированной с начала восстания в городском театре.

Почему им? Дело в том, что белые объявили, что находятся в состоянии войны с Германией и, так как для них ясна безуспешность дальнейшей борьбы, то они "сдаются германской армии в лице председателя комиссии военнопленных лейтенанта Балка".

Советским войскам удалось избежать провокационной ситуации подстроенной белыми, и после недолгих переговоров по требованию Советской власти австро-германские пленные сложили оружие.

Хроника событий

6.07.1918. – начало восстания
Захвачены: оружейные склады, почта, телеграф, телефон, радиостанция, казначейство.
8.07.1918. – восстановлена деятельность городского самоуправления «на основах Закона Временного Правительства». Арест и убийство советских работников, в том числе С.М.Нахимсона и Д.С.Закгейма
13.07.1918. – упразднение всех органов «Советской власти»
16.07.1918. - переход мятежников к оборонительной тактике.
09.07. – 19.07.1918. – планомерный обстрел города из разных видов вооружения, в том числе и тяжелого
21.07.1918. – оставшиеся мятежники сдаются «Германской комиссии военнопленных №4»

Одним из фактов, которые нужно обязательно упомянуть здесь, является террор и зверства белогвардейцев в Ярославле.

После захвата центра города белогвардейцы усиленно стали разыскивать членов губернского и городского исполнительных комитетов и выдающихся советских работников, причем арестовывали они всех, имеющих то или иное отношение к Советам.

Аресты производились на улицах и квартирах, были арестованы свыше 200 человек советских служащих, красноармейцев. Пленных разбивали на группы некоторые такие группы посадили на баржу с дровами на Волге. Тем самым они были обречены на голодную смерть. Во время обстрела города артиллерией, белогвардейцы перевозили баржу на места, наиболее подвергавшиеся обстрелу. Стоявший на берегу караул не допускал подняться с баржи даже за водой.

Особенно жестоким были убийства товарища Нахимсона и товарища Закгейма
Товарищ Нахимсон был захвачен белогвардейцами в номере гостиницы «Бристоль», где он жил, и был препровожден вместе с другими заключенными в 1-й участок милиции, в каземат. Спустя некоторое время Нахимсона вывели во двор участка и расстреляли, в уже мертвого Нахимсона высадили еще пару пуль. Затем убитого положили на извозчика и возили по Ильинской площади и прилегающим улицам для обозрения и удовольствия всех белогвардейцев.

Почти одновременно с захватом Дома народа, белобандиты направились на квартиру председателя городского исполкома, товарища Загкейма. Арестованного вывели во двор и выстрелили в грудь из револьвера, после чего проткнули штыком. Труп выбросили у ворот, который еще в течение нескольких дней валялся на улице и служил предметом посмешища и издевательств у хулиганов, и черносотенцев.
В результате ярославского мятежа от города Ярославля почти ничего не осталось. От Демидовского лицея остались одни стены, так же были разрушены соборы, старинные церкви, памятники. Оставшиеся без крова, имущества и пищи население ютилось во время всей осады по подвалам. Кто сумел-убежали из города. По улицам валялось множество убитых животных и трупов людей.

Мятеж был погашен 21 июля 1918 года. Главари мятежа (Перхуров, ген. В. И. Карпов, капитан Альшамовский и др.) бежали в Казань.

И это лишь еще один эпизод Гражданской войны устроенной белобандитами при помощи Антанты...
Tags: Гражданская война, Политштурм, Ярославский мятеж, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment